Юрки Вайнонен: «Художественная литература – это путешествие»

Финский писатель – о своем бестселлере, месте человека в природе и успехе глазами скандинавов

Один из самых известных современных финских литераторов Юрки Вайнонен – скромный, спокойный и дружелюбный, но очень обрадуется, если вы признаетесь ему, что из-за его рассказов не спали несколько дней. Он легонько покачает головой с чувством выполненного долга, улыбнется и, глядя исподлобья, скажет: «Мне приятно».

Он, конечно, посочувствует вам из-за вашей вялости и отеков под глазами, но все же обрадуется, услышав, что его произведения вас пугают и тревожат. Литературные критики называют его «скандинавским Кафкой», ведь он способен отправиться в экспедицию на дно человеческой психики, полной абсурдного и сюрреалистичного. Самые яркие герои его произведений – это преимущественно авантюристы и повстанцы: среди них и метеоролог, который переселяется в бедро своей неверной жены, и обнаженная летучая женщина, которая очаровывает мужлана, с ружьем добивающего ее нежности. Населенный этими персонажами вымышленный мир Юрки Вайнонена – дикий, странный и удивительно захватывающий. Издательство «Комора» приглашает в него и нашего читателя.

В 2016 году в украинском переводе вышли его «13 новел». Но автор и переводчик Юрий Зуб впервые увиделись только в этом году на Книжном Арсенале, где вместе презентовали его книгу «Німий Бог». K.Fund Media встретился с Юрки как раз перед событием. Он радовался. На шутки о гнетущих финских ночах как ключе к пониманию его творчества не обижался.

– Они странные, эти мои книги. Так мне говорят. И каждый раз, когда я узнаю, что они вызвали у кого дискомфорт, я хлопаю в ладоши.

– И почему же вам это нравится?

– Потому что когда так происходит, я знаю, что благодаря моей писанине что-то подсознательное зашевелилось и заявило о себе. А в этом и была моя задача. В каждом из нас есть солнечная сторона и темная. И нам следует научиться понимать обе, чтобы стать целостной личностью. Меня всегда интересовали теории Фрейда и различные составляющие человеческого разума, идея о том, что мир не только то, что ты видишь, но и то, чего ты не видишь. Это играет очень важную роль в искусстве. Достигая этого уровня понимания, становишься откровенным с собой.

– Как вы стали писателем?

– Сначала были барабаны. Когда мне исполнилось 15 – это был 1978-й – я решил играть в панк-группе и посвятил этому пять лет. И, что интересно, у переводчика Юрия Зуба подобное прошлое. Я тогда написал большинство текстов песен, которые мы исполняли. Но писать то, что потом было опубликовано, я начал в 25, когда пошел в университет на литературоведение. Тогда и появились мои первые истории. На то, чтобы опубликовать их, мне понадобилось девять лет, потому что они были странные и не для широкой аудитории. Я, так сказать, долго созревал.

– Ваша первая работа – перевод ирландского поэта Шеймаса Хини – сразу стала бестселлером в Финляндии. Как живется переводчикам в вашей стране? Могут ли они прокормить себя, занимаясь только этим?

– Есть от десяти до двадцати переводчиков художественной литературы, которые способны это сделать. Все остальные, к которым принадлежу и я, преподают, пишут книги, статьи или делают что-то совсем другое. Есть пять-семь переводчиков, которые ежегодно получают финансирование от государства. Это довольно хорошая поддержка. Им повезло. Но и мне есть за что благодарить судьбу. Когда опубликовали мой перевод поэзии Хини, меня никто не знал. Сборник вышел в августе 1995-го. Через несколько месяцев его как раз наградили Нобелевской премией. Неплохое такое стечение обстоятельств, как по мне.

– «Семеро братьев» Алексиса Киви 1870-го считают первым весомым романом, написанным на вашем родном языке. Финская литература довольно молода – ей еще не исполнилось полтора столетия. Что чувствуете как писатель и переводчик, на котором ответственность за формирование нового?

– Если бы я думал об этом как писатель, то, скорее всего, не смог бы вообще ничего написать. Это парализовало бы меня. Но как переводчик – да, с переводом Гини я чувствовал, что, превращая ирландский материал в финский, я был частью более долгой традиции и что он может обогатить нашу художественную литературу, которая действительно находится на этапе становления. До нашей независимости мы были сначала частью Швеции, и шведский язык в течение нескольких веков был языком интеллектуалов, хоть по-фински говорили многие. Это закончилось в начале XIX века, когда территория отошла царской России. Но даже под ее влиянием у нас было немало свободы (в отличие от украинцев). Тогда в 1830-х гг. вышла «Калевала» (сборник эпической поэзии из карельского и финского устного фольклора и мифологии, составленный фольклористом и лингвистом Элиасом Лённротом).

– Это было знаковое произведение для финской литературы. Но, похоже, на ваше творчество оно не слишком повлияло.

– Не думаю, что повлияло. Как по мне, оно устарело.

– В книге «Німий Бог» есть поселения людей, поклоняющихся птицам, которые неустанно наблюдают за ними. Одна из характерных особенностей ваших произведений – очень живое (возможно, это обусловлено и переводом Юрия) описание природы как мистической, клёкотной и неконтролируемой силы. Откуда эти мотивы?

– Очень люблю птиц еще со времен моей юности. Почему? Кто его знает. Я провел детство в селе Мюллюкоски в юго-восточной части Финляндии. Оно небольшое. Когда-то там были бумажные фабрики. Но сегодня большинство из них закрыли. Там страшная безработица из-за упадка бумажной промышленности, которой раньше славился этот регион.
Я люблю деревья. Я люблю все, что растет. Это характерно для финнов, так как большая часть нашей страны – лес. Мне кажется, важно помнить, что мы – лишь маленькая составляющая природы и еще не все о ней знаем.

– В одном из ваших рассказов дом биолога, изучающего влияние мусорных свалок на окружающую среду, внезапно превращается в кладбище для мух. Эти неожиданные обстоятельства не дают ему возможности завершить речь для выступления.

– Я «зеленоватый» по своим убеждениям. Я в курсе экологических проблем. И эта история, разумеется, отражает какие-то мои личные волнения. Но она еще и смешная. Не так ли?

– Наверное, потому она и запомнилась мне. А почему, кстати, вас нет в соцсетях?

– Не хочу быть там. У меня есть аккаунт в Facebook, которым я не пользуюсь. Да, знаю, это не на пользу моей карьере, но эти вещи очень отвлекают, вас затягивает в самые разные дискуссии и вы начинаете говорить о чем-то, что, возможно, не на пользу вам как человеку. Я защищаю свою душу. Да, именно так и запишите. Мне нравится такая формулировка.

– Как это соотносится с Законом Янте, объясняющим скандинавский менталитет («Не думай, что ты особенный или лучше нас»)? Как распространение селфи-культуры влияет на ценности финского общества?

– В Финляндии традиционно, если кто-то достиг успеха, он или она остается равнодушным к этому и спокойным. Но это меняется из-за медиа. Мне это совершенно не нравится. Лично мне не хочется всех известить: «Итак, я опубликовал эту книгу! Это прекрасная книга!». Ну и что? Мы в конце концов все умрем. И пока живы, важно, как мы ведем себя именно в реальном мире, когда встречаемся друг с другом.

Сейчас активно развивается сегмент деловой литературы. Особенно популярны, в частности, книги-рецепты вроде «10 способов мотивировать себя» или «Говори как Цицерон». Они дают простые и конкретные ответы на сложные вопросы. Когда в тренде утилитаризм, каков ваш железный аргумент в пользу чтения художественной литературы?

– Ребенок, который играет, в чем гораздо мудрее взрослого, потому что незашорен и дает волю воображению. Художественная литература – лучший способ познать себя, это – путешествие. Во-первых, читая художественную литературу, вы становитесь более привлекательным и многогранным человеком. Во-вторых, это помогает вам понять других. А это непросто, потому что мы все полны противоречий. И видите, какая ирония: я сейчас сам будто выписываю вам рецепт.

– Вот такой я нашла в «13 новелах»: «Погружайся снова и снова в реку сомнений. Твори в темноте – только так ты сможешь распознать свет».

– А это я написал?

– Вы. Это из вашего рассказа «Путешественник-исследователь».

– Возможно, я это откуда списал или где-то подслушал. Не помню. Но звучит замечательно.

– Ваше любимое место на Земле?

– Мое любимое место на Земле – это мой дом. Когда я был моложе, я провел несколько лет в Дублине (отсюда увлечение Джонатаном Свифтом). Считаю теперь его своим вторым домом. Надеюсь, Юрий переведет больше моих книг – и я смогу вновь посетить Украину.

– Вы три года возглавляли Союз писателей Финляндии. Как это влияло на творчество?

– Фух, это уже позади. Мне приходилось быть в дороге 150 дней в году. Было много административной работы и встреч. Главный офис Союза в Хельсинки, а я живу и преподаю в Тампере. Езда туда-сюда убивает творческий процесс. Поэтому я решил оставить эту суету и сосредоточиться на следующих проектах.

– Ваша следующая книга?

– Одному Богу известно.

– Если это заголовок, то он интригует.

– И меня [смеется]. Но на самом деле все еще в разработке. Поэтому книга пока без заголовка. Мне сначала нужно как следует отдохнуть.