Скопируйся или исчезни: «Эгоистичный ген» Ричарда Докинза

Эгоистичный ген
K.Fund Media
Как изменил дискуссию об эволюции бестселлер, признанный самой влиятельной научной книгой всех времен

Биолог Ричард Докинз не соглашался с популярной в 1960-х годах идеей, что в основе альтруизма лежат интересы индивида, группы, популяции и т.д. В своей работе «Эгоистичный ген» (The Selfish Gene), которая впервые была опубликована в 1976 году, он развил мысль своего коллеги Уильяма Гамильтона о геноцентричности эволюции, утверждая, что именно ген является ее базовым элементом, который стремится к увеличению количества собственных копий.

 

Цитата: «Мы являемся машинами выживания – самоуправляемыми средствами передвижения, запрограммированными на сохранение эгоистичных молекул, которые мы называем генами. Это правда, которая до сих пор меня поражает».

Этот труд Докинза сразу вызвал серьезный резонанс в научном сообществе (кто-то хвалил его за весомый вклад в развитие учения Дарвина, а кто-то – обвинял в чрезмерном упрощении).

Cегодня книга «Эгоистичный ген» является классикой научпопа:

Разошлась тиражом в более 1 млн экземпляров.

Переведена как минимум на 25 языков.

Переиздавалась четыре раза: в 1976, 1989, 2006 и 2016 годах.

В 2016 году стала №10 в списке 100 лучших книг категории нон-фикшн по версии британской газеты The Guardian.

Авторы биографии Докинза – Ален Графен и Марк Ридли – назвали ее появление тихой и почти внезапной революцией в биологии.

В 2017 году Лондонское королевское общество назвало ее самой влиятельной научной книгой всех времен (она опередила даже «Происхождение видов» Чарльза Дарвина и «Математические начала натуральной философии» Исаака Ньютона).

ПРАВИЛА «Эгоистичного гена»

Альтруизм как проявление эгоизма

Поскольку гены действуют в своих интересах, взаимодействие между организмами в природе в большинстве случаев оказывается игрой с нулевой суммой – то есть кто-то выигрывает, а кто-то проигрывает, разница четкая. Когда волк пытается поймать зайца, то вариантов только два: или первый из них съест второго или второй убежит, оставив первого голодным. Впрочем, нетипичный взаимный альтруизм – при наличии тех же эгоистичных мотивов – может быть полезен обоим разным организмам, побуждая к взаимовыгодному сосуществованию – симбиотическим или мутуалистическим отношениям, замечает Докинз.

К примеру, тля, добывающая в избытке питательный сок из растений, позволяет муравьям «доить» себя в обмен на надежную защиту от врагов и заботу. В некоторых случаях муравьи ухаживают за яйцами тли и кормят своих маленьких приспешников, а когда те подрастут, осторожно переносят их на пастбища, которые охраняют.

Эту модель можно экстраполировать и на человеческие отношения, когда двое, из которых один сильнее, а второй по счастливому стечению обстоятельств имеет какой-то ценный ресурс, дружат против третьего.

Идеи могут быть сильнее генов

С появлением культуры у нас появились разные негенетические способы передачи информации. Наименьшей ее единицей является мем. Мемы тоже соревнуются – за человеческое внимание и память. Если их игнорируют и забывают, они исчезают, чего мемы, как и эгоистические гены, пытаются избежать. Докинз, ревностный поборник атеизма, называет католическую церковь огромным набором мемов, среди которых определенные поведенческие модели, ритуалы, одежда, религиозно вдохновленное искусство. Мемы настолько сильны, что могут составлять конкуренцию эгоистичному гену в борьбе за влияние, лишая возможности размножаться. Яркий пример этого – целибат, то есть обет безбрачия.

Эволюция согласно человеческому замыслу возможна

Лучше понимая, как функционируют наши эгоистичные гены, нам будет проще восстать против их тирании, отмечает Докинз. Мы можем сделать сознательный выбор не быть их марионетками, применяя моделирование и прогнозирование для поиска лучшей стратегии выживания для себя, налаживая друг с другом сотрудничество и ориентируясь не только на подстрекаемые внутренним импульсом краткосрочные выигрыши, но и на долгосрочные.

Цитата: «Больше трех тысяч миллионов лет ДНК была единственным в мире репликатором, достойным того, чтобы о нем говорить. Но она не обязательно монополизировала это право полностью и навсегда. Каждый раз, когда возникают условия, при которых новый тип репликатора сможет копировать самого себя, у него есть шанс на обретение власти, чтобы наконец начать эволюцию по своим правилам».

 

Вам будет интересноКак постичь неизвестность: «Черный лебедь» Нассима Талеба

Поделиться: