Сакральность и современность: в тибетской Лхасе их пытаются совместить

33
Shutterstock
На высоте более 3 км столкнулись два подхода к созданию городов

Для сотен миллионов людей на Земле, исповедующих буддизм, Лхаса – священный город. Для рассеянных по всему миру, но любящих шумные акции сторонников независимости Тибета, Лхаса – столица бывшего Тибетского государства. Для китайского правительства и большинства китайцев эта древняя резиденция далай-ламы — район Чэнгуань городского округа Лхаса в Тибетском автономном районе КНР. Правда, нынешний далай-лама, четырнадцатый по счёту, с 1959 года живет в изгнании в Индии, а панчен-лама (второе главное духовное лицо в тибетском буддизме) – в Пекине. Наконец, для многих из четырех миллионов туристов, ежегодно посещающих этот город, Лхаса – просто экзотическое место на высоте почти 3700 метров над уровнем моря, куда престижно, хотя и недешево, съездить.

Старое и новое

Интересно то, что у этих четырех точек зрения нет какого-то среднего арифметического. В Лондоне, Париже, Нью-Йорке каждый турист или коренной житель видит своё. Но у всех в итоге существует какой-то цельный образ этих городов. С Лхасой всё не так. Из двух туристов, вошедших в одно и то же время в один из священных храмов Лхасы, первый испытает священный трепет, а второй поморщится от запаха жира яков, горящего в храмовых плошках.

Тот, кто приехал на Тибет как паломник, отъехав на несколько десятков километров от Лхасы, будет писать о том, что «понаехавшие» китайцы «уродуют» своими стройками священный для тибетцев природный ландшафт.

Shutterstock

А простой турист заметит на это, что коренных тибетцев ничуть не смущает то, что они используют этот ландшафт в качестве туалета – мол, для этого в тибетских селах маленьким детям шьют штаны с двумя дырками, спереди и сзади.

И таких кардинально противоположных примеров можно привести добрый десяток.

Однозначного ответа на вопрос, кто тут прав, нет. Китайские власти решают эту проблему со свойственным современной Поднебесной прагматизмом:  строят рядом со старой Лхасой новую. Превращая при этом старую Лхасу из священного и закрытого города в туристический аттракцион.

В черте города, где в начале 50-х годов прошлого века жили 25 тыс. человек, из которых половину составляли монахи местных монастырей, сегодня проживают несколько сот тысяч горожан, многие из которых – приезжие из других провинций КНР.

Центр старой Лхасы с его древними храмами сохранен, но вокруг центра на месте жилых одноэтажных домишек без водопровода и канализации сейчас стоят новостройки-высотки с современным уровнем комфорта. Вместо двух захудалых гостиниц прежних лет построены десятки новых. Рядом с базарами, где продаются изделия тибетских народных промыслов, открыты магазины, где можно купить товары с логотипами известных мировых брендов.

Древний, древний Тибет

Но, конечно, в старой Лхасе была и есть своя прелесть. Тибетский буддизм, ассимилировав классические индийские формы, сохранил некоторые черты древней добуддийской тибетской религии «бон», которая, в свою очередь,  была близка к шаманизму. А шаманизм всегда был внешне ярким, так что туристы в Лхасе могут увидеть привязанные к веткам деревьев лоскуты, похожие на наши «обереги», и даже отголоски древних шаманских обрядов с надеванием масок и т.п. До сих пор там практикуются закрытые для туристов обряды.

Например, похоронный обряд, когда тело покойного сначала отдают на съедение грифам, а потом перемалывают его кости, причем из черепов могут сделать музыкальные инструменты или инкрустированные серебром чаши для питья, которые отдают родственникам.

Shutterstock

Китайские власти, пришедшие в Лхасу в 1959 году, поначалу этот обряд запретили как варварский, но затем по многочисленным просьбам родственников умерших тибетцев разрешили. Естественно, подальше от глаз туристов.

Зато туристы могут посетить главные храмы Лхасы. Самый известный из них – знаменитый дворец Потала, фотографию величественного здания которого (фотографировать внутри тибетских храмов запрещено) видел, наверное, практически каждый. Потала – зимняя резиденция далай-лам тех времен, когда они жили в Тибете, а сейчас музей, вход в который стоит в разные сезоны от $14 до $28 по нынешнему курсу. Количество билетов и, следовательно, туристов, посещающих Поталу за день, ограничено – не по религиозным причинам, а из соображений сохранности.

Самый известный храм Лхасы – знаменитый дворец Потала, зимняя резиденция далай-лам

Самый почитаемый верующими паломниками буддийский храм и монастырь Лхасы – Джоканг, заложенный в седьмом веке, и разросшийся сегодня до 50000 квадратных метров.

Второй по значимости для верующих храм – Рамоче, ровесник Джоканга, но площадью поменьше – всего 4000 кв. м. Вообще для паломников в Лхасе существуют три маршрута, по которым они идут, распевая мантры и крутя расположенные в храмах в длинном ряду молитвенные барабаны. (Молитвенный барабан – вращающийся на стержне цилиндр с нанесенным на него текстом молитвы. Считается, что, прокрутив барабан, паломник молитву произнес).

Аэродром, вокзал, теплицы

Первое, что сделали китайские власти, включив Лхасу в свою орбиту влияния – начали создавать в ней и вокруг нее современную инфраструктуру. В 1965 году в 62 км от Лхасы был построен один из самых высокогорных в мире аэропортов – Лхаса Гонггар, удаленность которого от города вызвана тем обстоятельством, что надо было найти среди гор высотой 5-6 км достаточно обширную долину. В 2005-м году закончилось строительство 1080-километровой Цинхайской железной дороги, благодаря которой в бывший высокогорный недоступный священный город можно за 40 часов добраться из самого Пекина. (Вагоны, кстати, оборудованы кислородными масками: высокогорье ведь никуда не делось).

Но приезжие – приезжими, а надо было позаботиться о местных жителях. Как пишет китайская пресса, уже к середине нулевых годов все лхасцы были переселены из старых домов в новостройки с ванными, канализацией и электричеством.

Shutterstock

В городе был открыт университет, в котором сегодня обучаются 30 тысяч студентов.

Китайцы не были бы китайцами, если бы не создали в этой суровой высокогорной местности образцовый сельскохозяйственный поселок, в котором выращивают, среди прочего, лечебный гриб линчжи, из которого делают разнообразные лекарства. Лхаса вообще делает деньги на «древней и загадочной», как пишут в проспектах, тибетской медицине. Так, например, десятидневная поездка в один из таких лхасских медицинских центров, включая перелет, обойдется европейцу примерно в $3 тыс. Для человека с западноевропейской  зарплатой – вполне приемлемая цена. А ведь он еще и купит здесь тибетские лекарства, так как курс лечения рассчитан на год.

Чисто китайская динамика

Как сообщало в середине этого года китайское агенство Синьхуа, «на данный момент в ЗТЭО (зоне технико-экономического освоения) Лхасы сформирована промышленная архитектоника, основанная на оздоровительной, высокотехнологической, биофармацевтической отраслях, а также индустрии с высокогорной спецификой».

В Тибете, центром которого является Лхаса, действуют особые условия для инвесторов

Ставка налога на прибыль для компаний, реализующих стартапы, высокотехнологичные проекты и операции по ликвидации бедности, установлена на уровне 9% — в разы ниже, чем для других инвесторов. Также ниже обычных ставки налогов и процентов по кредитам для компаний, нанимающих на работу местных жителей. В 2017 году валовой национальный продукт Лхасы составил $1,12 млрд и вырос на 10,3% по сравнению с предыдущим годом, финансовые доходы выросли на 26%, а объем привлеченных инвестиций – на 84%.

Shutterstock

И еще одна деталь,  уже по Тибету в целом. Как пишет китайская пресса, за последние пять лет над чертой бедности поднялись 530 тысяч тибетцев. Для них, как и для большинства жителей Лхасы, ответ на вопрос о том, надо ли было законсервировать древнюю столицу тибетского буддизма в ее музейном виде или превращать в современный город, как представляется, однозначен.

Поделиться: